ПРО ЛИЧНЫЕ ГРАНИЦЫ

Навеяно вот этим постом 
Довольно сложная для понимания тема, но сказанное в посте по ссылке вполне справедливо. Личные границы ограничивают зону страха: «вот с этим я знаю, как справиться, а вот с этим уже нет, поэтому сюда не лезьте».

В качестве понятного примера — про комментарии к постам в соцсетях.

Когда четыре года назад я только начинала писать, я очень боялась негативных комментариев. И это была черта моей личной границы: «если вам не нравится, просто не читайте, проходите мимо, а вот ругать меня не надо, возражать и спорить — тоже, хотите спорить — отправляйтесь в бан».

Со временем я стала устойчивее в себе, мой «внутренний ребёнок» перестал пугаться, когда его ругают — и мои личные границы расширились. Я вдруг осознала, что если человек спорит и возмущается — значит написанное мной его зацепило, не оставило равнодушным — и это круто! С кем всё в порядке, те не спорят, они просто читают и думают: «Надо ж, какую ерунду пишет!» и проходят мимо. Или думают: «Прикольно. Вот она так это видит, а я — совсем по-другому, надо ж, до чего многообразен мир!» — и снова проходит мимо. Либо спокойно и доброжелательно, не споря, озвучивают в комментариях свою версию, свой взгляд, отличный от моего. Ну или вопросы задают.

Однажды в комментариях к какому-то моему посту один мой хороший знакомый начал вдруг достаточно агрессивный спор. Я удивилась и спросила его: «Чего это вдруг тебя так зацепило, ты чего так распалился?!» И он ответил: «Так я ж не с тобой сейчас спорю! А со своей внутренней феей в твоем лице».

«Вот! Вот оно! Вот он ответ, ура!» — искренне обрадовалась я. Те, кто спорят, спорят не со мной, а сами с собой, со своими внутренними феями в моём лице, сами себе доказывают какую-то там правоту в том, в чём они, на самом-то деле не особо уверены, в диалоге со мной пытаются убедить сами себя! Ну так тогда и пусть — разве мне жалко? Разве мне трудно помочь хорошим людям и повыполнять для них роль внешнего отражения их внутренней феи?!»

Если же человека злит и раздражает то, что я пишу, то всё ещё лучше — значит, мой рассказ цепляет его за что-то, что он себе запретил, а я себе — нет. Моя свобода нервирует его, напоминая о его собственных потерянных крыльях. И чтобы обрести спокойствие внутри себя самого, он пытается уничтожить меня, напоминающую ему, что можно жить и думать и по-другому, не так, как почему-то вынужден он. Значит я, самим фактом своего существования, напоминаю ему о том, что существует ещё что-то за границами его уютного (или не очень) мирка, расширяю ему границы мира, ура!

В общем, тогда, уже довольно давно, я сняла свой внутренний запрет на «ругательные» комментарии, научившись воспринимать их спокойно и с любовью.

Сейчас черта моей личной границы проходит там, где человек в своём комментарии ставит оценку — мне или тому, что написано в моём посте. Безаппеляционность суждений «я владею высшей истиной, и с её высоты оцениваю всё вокруг, деля на правильное и неправильное. Так делай, так не делай» меня цепляет. Я ещё не научилась адекватно реагировать на такие комментарии. Хоть и понимаю, что они — признак «рамочного мышления», негибкого подхода к миру, когда у человека есть придуманная им картина реальности, всё, что вписывается в неё, он оценивает как правильное, что не вписывается — как неправильное и норовит подогнать под свой стандарт… потому что расценивает «инакомыслие» как угрозу своим убеждениям.

Я понимаю это головой, но мой внутренний ребёнок пока ещё истерит, он ещё не настолько мудр, чтобы реагировать на это спокойно или не реагировать вообще никак. Его реальность ещё не настолько устойчива, чтобы не шататься под грузом чужих оценок. И поэтому я, оберегая его, очерчиваю личную границу: «если вы пришли, чтобы оценить правильность моего мировоззрения, то лучше проходите мимо. Если пришли поделиться в ответ на моё чем-то своим — добро пожаловать». Иными словами — «не говорите мне, чего мне делать и я не скажу вам, куда вам пойти».

Я знаю, что со временем и эту границу я тоже сниму, потому что научусь внутренне справляться с «родителем-контролёром» и быть равнодушной к деспотичному тону. И тогда я смогу быть с этими людьми в каком-то контакте и диалоге без ущерба для себя. Хотя скорее всего, тогда они просто потеряют ко мне интерес, перестав чувствовать во мне «жертву», которую можно «построить» и «перевоспитать», перестанут в ответ на нее выдавать мне «агрессора».

По очень большому счёту, любой контакт — это вторжение в личные границы другого человека. Когда ты мне пишешь в личку — ты пересекаешь эту черту. Когда ты мне звонишь — ты пересекаешь эту черту. Когда ты входишь в мой дом — ты пересекаешь эту черту. Если я со всех сторон обнесена личными границами, опутала их колючей проволокой и выставила оружие в бойницах, чтобы отстреливать всех, приближающихся к ним, то я — в безопасности. В холодной одинокой безопасности. Я охраняю свой страх, потому что он для меня на данный момент важнее, чем новые знакомства, общение, дружба, любовь. (К счастью, это давно уже не про меня, это всего лишь пример).

Чем взрослее внутренний ребёнок, тем увереннее его «я знаю, как справляться с этим миром», тем меньше становится страха. А чем меньше становится страха, тем тоньше и прозрачнее становятся границы. Потому что происходит переход в другую парадигму «этот мир безопасен для меня, каждый, кто приходит, приходит ко мне с дарами». Если внутри у человека нет страха, то и миру не надо его «пугать», чтобы помочь ему проявить, заметить, прожить свой страх.

Ходят слухи, что где-то в этом мире есть счастливчики, чьё базовое чувство безопасности не было нарушено в детстве, но мне такие пока не встречались. А всем остальным приходится проходить вот такой путь эволюции: сначала выяснять, что вообще такое личные границы и очерчивать ими свою зону безопасности (а заодно, обнаруживать, что и других она, как правило, тоже есть), потом постепенно её расширять — и, наконец, выходить в открытый и доверительный контакт с миром и людьми в нём.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *