«…КОГДА ЗАБЫВАЕТСЯ ВСЁ, ЧЕМУ НАС УЧИЛИ…»

Когда-то давно, когда все ВУЗы Красноярска ещё не сгребли в одну кучу под общей вывеской СФУ, в городе было много разных институтов разной направленности, и был один-единственный Университет. Красноярский Государственный. КГУ. Если в инстутутах обучали всяким более прикладным вещам — готовили к работе на производстве, то в КГУ из студентов прицельно растили будущих академических учёных, двигателей науки.

Вот там я когда-то и училась. Вернее «училась» — слишком громкое слово. Там я проводила очередные прекрасные пять лет своей жизни. «После третьего курса физфака нужно всем выдавать диплом об образовании «массовика-затейника», — шутили у нас на факультете. И это была совсем не шутка. Учёба происходила как-то сама собой в свободное от общественной деятельности время. Со многими преподавателями я вообще знакомилась только в зачётную неделю: «Девушка, а вы здесь зачем? А вы кто? Жена кого-то из моих студентов?» — «Мммм…. Нет. Я сама — ваша студентка!» 

Наверное, рассказывая, что такое был физфак- в плане его подхода к образованию, проще всего рассказать историю с моих вступительных экзаменов. Я сдавала физику (к счастью, тогда ещё не было ЕГЭ и мы общались с преподавателями вживую, лицом к лицу). Один из вопросов в моём билете был «трансформаторы». Я, уставившись в одну точку на стене, без запинки тараторила наизусть страницу школьного учебника. Формально я заслуживала «пятерки» ибо знала материал назубок. 

Послушав мой бодрый монолог пару минут, преподаватель остановила меня вопросом: «А скажите мне, пожалуйста. Вот только честно. Вы понимаете хоть что-то из того, что рассказываете?» Она спокойно, внимательно, чуть устало смотрела на меня, а я пыталась сообразить, чего же ей ответить. Правду или «как надо»? Приняв, наконец, решение, вздохнула и, глядя ей в глаза, сказала: «Если честно — то нет. Вообще ничего». Она кивнула, улыбнулась и предложила: «А давайте лучше поговорим о чём-нибудь, что вы знаете и что вам интересно? Ведь есть же наверняка такие темы?»

Такие темы, конечно же, были! Буквально за полгода до этого я участвовала в научно-практической конференции школьников и делала доклад о высокотемпературной сверхпроводимости — новом необъяснимом явлении в мире физики, открытом случайно экспериментальным путем и сводившее с ума теоретиков. А еще за год до этого на такой же конференции рассказывала о тунгусском метеорите, и занала назубок все возможные версии «чего же это могло быть?», самой занятной из которых казалась мне идея, что это — результат экспериментов Николы Тесла. 

Больше получаса я, с горящими глазами, рассказывала ей то об одном, то о другом. Она активно поддерживала разговор, задавала вопросы, делилась своим мнением. В конце концов, поставила мне «отлично» и… пригласила «забегать» к ней в лабораторию в Академгородке, потому что помимо всего прочего она как раз занималась и высокотемпературной сверхпроводимостью!!! 

На первом курсе я сделала ещё одну попытку побыть «хорошей девочкой» — вызубрить к экзамену матанализ. Получила «три», потому что от волнения благополучно забыла половину формул, и запуталась в другой. 

Больше я ни к одному экзамену ничего не зубрила. Я старалась ПОНИМАТЬ. А если понимать не получалось, то сама предлагала преподавателю поговорить о «чем-нибудь более интересном», или просила мне объяснить то, что я не поняла. «Троек» в моей зачётке больше не случилось. 

Показательно и то, как вообще проходили у нас экзамены — нам было разрешено пользоваться ВСЕМ: учебники, тетради, конспекты, методички… Главное, чему нас старались научить — умению работать с информацией: находить, исследовать, анализировать, понимать её, делать собственные выводы. Из нас растили учёных-исследователей. 

Я по-прежнему не знаю почти ничего из сданных мною на «хорошо» и «отлично» университетских предметов. Но я считаю, что моё образование дало мне несравнимо больше, и что с основной своей задачей — вырастить исследователя — оно справилось как нельзя лучше. В силу ситуации в стране на тот момент, я не попала на работу в НИИ. Но я обнаружила, что моей лабораторией может быть целый мир, а объектом исследования — любой человек, и любой процесс, и я сама, и даже сама жизнь! 

Многие из окружающих меня людей, друзей, единомышленников тоже «родом из КГУ», с других факультетов, но с тем же самым способом мышления — и это то, что объединят нас, делая общение лёгким и интересным. 

«Образование есть то, что остается после того, когда забывается все, чему нас учили» — А. Эйнштейн. 

А что осталось у вас после того, как вы забыли то, чему вас учили?

P.S. На фото — главное ежегодное событие факультета — ДФ (Дни Физики). Ходили слухи, что некоторые поступали на физфак только ради него. ))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *