ЖИЛА-БЫЛА ЧАЙКА

Жила она так же, как тысячи других чаек. Мама с детства научила её летать над водой и ловить рыбу. «Вот она, твоя жизнь — вырасти, научиться ловить рыбу, родить птенцов, научить их тоже ловить рыбу, и спокойно умереть в старости». И всё бы так и было, но однажды чайка вдруг осознала в себе наличие крыльев. Вот ведь, всегда видела их у тысяч соплеменников, и сама пользовалась ими каждый день, и ведь даже никогда не задумывалась, что это за штуки такие! А тут раз — и задумалась. Потом — стала с ними экспериментировать: «Интересно, а как они устроены, как работают, что ещё могут, как ими управлять?» В общем, рыбу ловить почти перестала, и о потомстве думать тоже.

Стая решила, что она сумасшедшая, попыталась вправить ей мозги, а закончилось всё тем, что её просто выгнали за то, что она «не такая как все нормальные чайки». И она в одиночестве целые дни проводила в исследовании свойств своих крыльев и училась ЛЕТАТЬ — разными способами, на разной высоте, на разные расстояния. И однажды, спустя много времени, сумела взлететь высоко-высоко, и оказалось, что там довольно много таких «ненормальных» чаек, и теперь она была среди «своих» и совсем не одна, и они делились друг с другом своими знаниями и опытом. А потом она вернулась к стае, чтобы рассказать обо всем другим. И нашлись те, кто захотел её слушать и учиться у неё.

Это краткий пересказ «Чайки по имени Джонатан Левингстон» Ричарда Баха.

А я вот представляю, что там же в этой стае вдруг завелась ещё одна «думающая» чайка. Которая бы вместо того, чтобы учиться летать самой (раз уж её так пропёрло), начала бы «вправлять мозги» стае и рассказывать им, что они живут убого и неправильно. И потратила бы свою жизнь на это. Так и не научившись летать, ничего не изменив в стае, просто «профукав» жизнь в никуда.

И ещё одна «думающая» чайка, которая вдруг осознала наличие поблизости… скажем, коня. И отчаянно заморочилась о том, что у него-то четыре ноги, а у нее всего две, и что он вон какой большой, а она маленькая, и что он-то счастливчик на своих четырех длинных ногах вон как быстро и далеко бегать может, а она — нет. Она бы потратила всю свою жизнь, чтобы этому всему научиться, страдая и плача, что у неё ничего не получается… так и не научившись летать.

И ещё одна «думающая» чайка, которая вдруг научилась считать и стала подсчитывать, кто сколько из соплеменников рыбы за день наловил. Запарилась бы, мол, что-то другие-то вон больше могут (хоть и этого количества ей вполне хватало на жизнь), и потратила бы свою жизнь на подсчёты, состязания, зависть к одним, презрение к другим, и недоумение к тем, кто не захотел включиться с ней в это соревнование, а продолжил просто жить, как жил.

И ещё одна чайка, осознавшая цвет крыльев — своих и чужих, и потратившая всю свою жизнь на поиск способов отбелить перья до идеально-белоснежного и разглядывание, превзошла она в этом остальных или всё ещё нет, и страдания о том, что с возрастом перо, увы, начинает тускнеть.

Шесть способов прожить свою жизнь для одной и той же чайки. Поищите — и найдёте ещё.

Сознание, способность осознавать себя — великое благо и проклятье одновременно.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *