ЖИЗНЬ

Жизнь — бессмыссленная, в целом, штука. Если смотреть на неё с точки зрения «родился — вырос — оставил потомство — умер». Бессмысленность этого цикла настигла меня ещё в детстве: «И всё это ЧТОБЫ ЧТО?» Всё же всегда происходит зачем-то? Вот зачем выстроена вся эта цепочка рождений и смертей, что там в её конце? Мне что-то рассказывали про эволюцию, развитие, след в истории и «чтобы следующему поколению жилось лучше предыдущего», но ответа на мой вопрос это всё так и не давало. Это лишь описывало процесс, но не объясняло — зачем? К чему стремимся-то, производя это множество бессмысленных действий? «Если единственный смысл жизни — произвести потомство, чтобы оно потом тоже произвело потомство, чтобы оно потом тоже произвело потомство, то это какая-то очень скучная игра», — подытожила я для себя. Мне тогда было лет шесть.

Лет в тринадцать кто-то предложил мне новую версию: просто Земля — это такая чашка Петри на столе какого-то исследователя и он наблюдает развитие популяции бактерий. И мы — эти самые бактерии. Единственная задача которых — рождаться, размножаться и умирать. А он наблюдает динамику процесса и записывает результаты в тетрадочку. Эта версия показалась мне не лишенной логики. По крайней мере, она давала хоть какой-то ответ на мой вопрос: «Ну и зачем это всё?!» Потом я наткнулась на исследования Чижевского о циклах солнечной активности и зависимости от них всех процессов на Земле, начиная от дат начала великих войн и заканчивая пиками количества суицидов. «Ага, а вот она и лампочка, с помощью которой освещается чашка Петри», — подумала я. С этого дня утратив всяческий интерес к исследованиям космоса. Зачем исследовать то, от чего полностью зависишь, но при этом на что не имеешь ни малейшей возможности повлиять?

Потом я однажды пришла к выводу, что гуманизм (человечность) — видимо тоже часть эксперимента. Потому что он противоречит естественному отбору, ведет цивилизацию к ослаблению, перенаселению, вырождению и вымиранию. К тому времени я уже училась на биофизика.

Потом меня осчастливили знаниями о карме, Сансаре и множеством разных версий ответа на вопрос зачем мы тут. От «Земля — это межгаллактическая тюрьма, куда преступников отправляют на перевоспитание, заковывая в физические тела» (и именно поэтому, мол, суициды так осуждаются — побег из тюрьмы же как-никак) и до «Земля — это прекрасный парк аттракционов, куда бесплотные сущности приходят поразвлечься, а тело им выдается как скафандр». В целом, все эти версии прекрасно объединяются воедино с чашкой Петри.

А потом, в 2007 году меня однажды солнечным апрельским днём прямо посреди улицы нахлобучило ясным пониманием, что всё это — компьютерная игра, виртуальная реальность, матрица. Что у каждого запрограммирован свой собственный сценарий игры. И что программный код можно взломать и переписать.

Я всю жизнь с самого детства чувствовала себя инопланетянкой, изнывала от одиночества в толпе, ужасно злилась, что никто не выдал инструкцию с правилами этой игры, старалась учиться у окружающих и изо всех сил подражала им, чтобы «проканать за свою» и «не спалиться». Последнее время мне здорово надоело это делать, и я перестала. Наблюдаю, как осыпается маскировочный панцирь и расправляются крылья. Ко мне на консультации одна за другой тянутся такие же — инопланетянки с осыпающимися панцирями. Чтобы я помогла им поскорее высвободить крылья и вспомнить самих себя. Интересно, в кого мы превращаемся, в бабочек или в драконов?…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *